sobolevtallinn | движения в каком направлении я жду от человечества

утрата русским этносом государственности — одна из самых сокровенных моих мечт, причем в случае ее реализации все вменяемые люди на земле (включая и немногих русских среди них) смогли бы не только пережить по большей части все-таки довольно абстрактную эмоцию вроде «торжества справедливости», но и получить вполне практические дивиденты. Общеизвестна ведь практика, при которой различные предлагающие людям товары и услуги малые и не очень предприятия при презентации своей продукции или своего сервиса на нескольких языках используют — причем уже не только на уровне сетевого дизайна, но довольно часто также и в полиграфическом виде — миниатюрные изображения флагов государств, с каковыми в человеческом сознании очевидным образом соотносится тот или иной язык (скажем, вот уж в этой области США так и не потеснили до сих пор Великобританию с «лидирующих позиций»); представляете, что будет, если у русских людей больше не будет своей страны? Это будет означать, что русский язык просто лишится своего условного обозначения. Мне кажется, что это может привести к тому, что многие предприниматели не станут заморачиваться решением этой проблемы и попросту исключат русскую версию из своих промоматериалов (ну, вроде ресторанных меню или инструкций по использованию приборов); меня радует такая перспектива потому, что мне кажется, что постепенно разнообразные товары и услуги будут становиться по всему миру все качественнее и качественнее, потому что русские люди (подавляющее большинство из которых, как мы хорошо знаем, составляют невежественные варвары) более не будут официально признаваться одной из целевых потребительских групп; это, как мне мнится, чуть ли не автоматически будет повышать средний уровень всех предлагаемых в мире услуг и товаров, поскольку у среднестатического потребителя существенно повысится, если так можно выразиться, индекс взыскательности. Иными словами, я думаю, вся техника на Земле станет работать лучше и вся еда будет готовиться на ней вкуснее, если русский язык утратит по всей Земле свой официальный статус; при этом я вовсе не хочу сказать, что грежу вымиранием русского языка, — да ни в коем случае. Я вполне нахожу допустимым продолжение его использования в качестве средства общения в том числе и в торговых отношениях предприятий с клиентами; просто тут очень важно, чтобы его использование оставалось бы возможным только в случаях проявления со стороны, скажем, официанта в кафе или продавца в магазине доброй воли, но чтобы потребовать общения на нем клиентам не приходило бы даже в голову. Иными словами, авторитет русского языка в мире, с моей точки зрения, должен быть не выше, чем у, например, плавания по-собачьи; перемещение в воде таким образом, разумеется, никем не преследуется, но никто же не уравнивает этот «стиль» с кролем/брассом/на спине/баттерфляем и не проводит среди его вынужденных приверженцев международные соревнования