PÖFF: Лозница

[sobolevtallinn]

в «Двух прокурорах» Сергею Лознице уже совсем катастрофически изменило чувство меры в гиперболизации «русского морока»; даже не то что сумрачность, а питекантропность обслуги острожного компонента машины сталинского террора в его пиковой точке сообщают генерируемому кошмару вовсе не подобающую ему гнетущесть, а комизм, и это даже не просто девальвирует достойную задачу, а практически непоправимо ее профанирует. Единственное, что чуть-чуть извиняет этот стыд, это все-таки заметность, что Лозница не претендует на то, чтобы выдавать свой продукт за буквальную «реконструкцию реальности» исторической эпохи, а предлагает нечто вроде универсального исследования насилия тоталитарной системы (или вообще «власти») над человеком; юный «следователь по надзору» Корнев, приехавший в Москву жаловаться Вышинскому на произвол чекистов и тюремщиков на Брянщине, не имеет ничего общего с 1937 годом, но зато прекрасно «совпадает» с архетипом былинного невинного (не случайно он регулярно вызывает насчет себя подозрения в девственности) дурачка, и самый близкий его родственник — это сантехник из дебильного фильма ужасного режиссера Быкова. Беда Лозницы в том, что никакой «универсальностью» его зрелище не прирастает; порой я теперь все чаще думаю, что смог в свое время увлечься просмотром серий «Дау» только ввиду царившего на тот момент жесткого ковидного карантина, когда было нужно находить себе хоть какие-то занятия, но даже сейчас я могу сказать, что пусть Хржановский конструировал «пространство», очень «альтернативное» тем временно-пространственным координатам, к которым он его номинально приписывал, «ужас эпохи» передавался им эффективно, и даже такая выморочная сцена, как бутылочная пенетрация допрашиваемой в «Наташе» работала в этом смысле идеально. Лозница же «нагоняет страху» абсолютно бестолково и клишированно; это не работающий на благородную идею фарс, а саботирующая ее неловкая «клюква». Фильм Лозницы — экранизация романа узника ГУЛАГа, харьковского физика Георгия Демидова, являвшегося учеником Ландау, но и без этого обстоятельства Хржановский ассоциативно «попросился» бы в фон, на котором «Два прокурора» обречены смотреться еще хуже, чем и так смотрятся