
если в первых двух фильмах Василия Сигарева его страна представала жутким провалом в пространстве, в котором человек мог запросто бесcледно и навсегда исчезнуть, то в третьем этот эффект совмещается и с провалом во времени, поскольку действие в нем происходит в последний день старого и первый день нового года, то есть в календарные даты, в которые сознание огромной части россиян имеет обыкновение погружаться в особенно кромешные сумерки; собственно, и жанр комедии тут возникает, вероятно, как своего рода полученный при наложении друг на друга двух минусов плюс. К сожалению, эта комедия имеет значительные противопоказания к тому, чтобы быть смешной; с трудом, например, себе представляю, кого может в 2015-ом году рассмешить Александр Баширов, уже больше четверти века торгующий одним и тем же образом ебнутого маргинала с криминальным опытом и оказывающийся неспособным добавить к этому образу хоть какой-то завалящей свежей нотки или нового штриха (первые несколько лет с момента своего создания этот образ действительно был уморительным, потом постепенно перестал вызывать смех, а в новом веке уже вызывает только стыд за своего «воплотителя»), а, кроме того, сюжетная структура этого фильма и недостаточно стройна для соответствия традиционным требованиям «комедии положений», и недостаточно анархична для возможности котирования его по высоким критериям «театра абусрда». Главная нагрузка в обеспечении комического эффекта возлагается на густой и отборный мат, который звучит в фильме практически из каждых уст, но и с ним происходит так, что его невоздержанное количество в какой-то момент делается утомительным, потому что у него возникают изрядные проблемы с качеством, — в конце концов, ответ «в пизде» на вопрос «где» есть настолько же сомнительный повод для смеха, как и показанный палец: человеку становится немного неловко над этим смеяться, — просто из-за опасений выставления себя «дурачиной». В общем-то, вся мятежность духа автора фильма кажется сконцентрировашейся на том, чтобы посягнуть на приросшую в сознании соотечественников сакральным статусом «Иронию судьбы» как на одну из их духовных скреп, представив свою (и максимально контрастирующую с сакральной) киноверсию наиболее ярко отражающей суть национального характера истории встречи нового года, чему в помощь призываются не только обсценные лексические единицы, но и, например, гигантский годмише и даже рассуждения об афродизиачных свойствах человеческого кала; по-моему, это довольно скромная амбиция для человека, который на волне успеха своего предыдущего фильма, пришедшегося на пик протестных выступлений населения в России, обещал снять следующий настолько непереносимо острым для путинского режима, что этот режим должен был оказаться спровоцированным на уголовные репрессии в отношении его (фильма) создателей (насколько я помню, Василий Сигарев говорил тогда, что собирается снимать нечто такое, за что его почти наверняка посадят). Ну, что было, то было; зато, думаю, от ныне объявляемых своих творческих планах (снять крупнобюджетный зомби-хоррор) Василий Сигарев точно не откажется. Все же знают про «меняющиеся с возрастом приоритеты»