Jan. 2nd, 2017

sobolevtallinn: (elle)


вот буквально только что применительно к фильму «Родные» написал про то, что ценность никаких других связей между людьми мне не кажется столь же сомнительной, как ценность родственных; посмотрел, однако, Gimme Danger, и должен сознаться в том, что больше всего меня в этом фильме впечатлили и даже растрогали два его момента, как раз связанные с отношениями между родителями и детьми. Первый, разумеется, касается того, что в самом начале Игги говорит про своих мать и отца; если бы они в их трейлере сами не предложили сыну однажды поменяться «комнатами» (причем после того, как их двуспальная кровать была помещена в «спальню», которую занимал Игги, стало ясно, что площадь этой кровати совпадает с площадью помещения), сыну просто не хватило бы места, чтобы установить дома собранную из чего ни попадя ударную установку и начать на ней играть. В общем, без этого затеянного родителями в крошечном вагончике «переселения поколений» жизнь сына могла, вполне вероятно, сложиться совершенно отличным от ныне общеизвестного образом; «они были абсолютно, абсолютно невероятные», говорит Джармушу Игги Поп про своих родителей, и глаза его светятся натуральным счастьем. Второй же момент приходится на воспоминание сестры братьев Эштонов о том, как она в 2002-ом году вернулась из магазина с покупками и как на пороге их дома ее встретила ее мать, пребывавшая в необычайном возбуждении; «Ты знаешь, кто сейчас звонил?! Ты не поверишь, кто сейчас звонил!!!», восторженно говорила она дочери, и, в конце концов, оказалась не в силах сдерживаться и сама прервала затеянную ею игру в угадайку: «Это он звонил! Игги звонил! Игги только что позвонил Скотту и сказал, что Студжиз снова собираются! Студжиз снова будут выступать!»; это была та самая женщина, которая примерно за 35 лет до этого неизменно старалась выгнать шумного приятеля своих сыновей из своего дома и говорила им, что этот идиот Остерберг не доведет их ни до чего хорошего.
          Не думаю, что фильм Gimme Danger именно на уровне кинематографии чем-то уж особенно выгодно выделяется среди множества фильмов жанра «байопик рок-группы», – скажем, «авторским почерком»; я совсем не поклонник искусства Джима Джармуша, но полагаю, что даже его фанаты согласятся с тем, что в Gimme Danger Джармуш вовсе не особенно выглядит заинтересованным «быть узнаваемым» (как, вроде бы, всегда положено поступать «режиссеру-автору»), а в большей степени следует проверенным выкройкам, по которым снято немало музыкальных биографий такого рода, разве что заходя – по сравнению с принятыми в таких фильмах стандартами – немного дальше в части личного приближения к своему герою, что оказывается возможным ввиду связывающей их человеческой дружбы. В целом же Gimme Danger оказывается особенным фильмом благодаря не автору портрета, а его натурщику; в тизер Gimme Danger вынесено эмоциональное суждение o The Stooges как о величайшей рок-группе всех времен и народов (принадлежащее человеку, который был причастен к заключению звукозаписывающих контрактов с ней), и несмотря на то, что я сам бы применил такое суждение в первую (вторую и третью) очередь к нескольким другим группам, оно и употребительно к The Stooges мне вовсе не кажется никаким преувеличением, – просто потому, что мне абсолютно понятна система координат, в каковой оно рядом со The Stooges звучит абсолютно справедливо. Я давно заметил, что среди русских рок-меломанов даже у имеющих очень хороший вкус людей The Stooges не принято помещать в сонм «самых великих», и даже думаю, что в этой ситуации в некоторой степени повинен Егор Летов; нигде ни разу не ругая, кажется, The Stooges и Игги Попа, он создал среди своей обширной паствы невероятный культ жанра «гаражный панк» и одновременно «олицетворил» его огромным количеством почти никому неизвестных американских команд (и просто упоминая о них в своих интервью, и составляя – в начале 90-ых – имевшие огромную популярность как магнитоальбомы свои персональные «сборники», отбирая в них треки из своих личных виниловых коллекций), что The Stooges в заявленной системе ценностей как бы автоматически предлагалось воспринимать чем-то вроде попсового и ширпотребного фасада художественного течения, которое по сути своей является глубоко андерграудным и содержащим в себе никогда не экспонировавшиеся широкой публике уникальные сокровища. Я и сам с восторгом слушал (еще на катушечном магнитофоне) эти сборники (кажется, Летов называл их «Песни доброй воли» и присовокуплял к ним просто порядковые номера), и даже жалею сейчас, что они у меня ни в каких видах не сохранились, но это обстоятельство никак не мешает мне считать, что The Stooges вовсе не были, мол, рафинированной (или, напротив, просто скандально подогретой) версией чего-то дикого, а, скорее, явили собой уникальный пример того, как музыка, сделанная – не только записанная, но уже и сочиненная – против всех правил завоевания себе обширной аудитории, себе такую аудиторию завоевывала. При этом очень часто даже те люди, которые причисляют The Stooges к своим музыкальным авторитетам, склонны объяснять занятие этой группой заметного «места в вечности» в первую очередь исключительными артистическими и пластическими талантами ее солиста, делавшего на сцене, мол, уникальное и приводящее в исступление публику клоунское шоу в то время, когда его музыканты за его спиной пилили такое, что никто без его бабуинских плясок не стал бы и слушать; этому наивному представлению в фильме Джармуша тоже дается суровая отповедь, потому что Игги Поп в нем очень подробно объясняет именно музыкальный феномен The Stooges с использованием серьезной музыкальной терминологии, причем отнюдь не рассматривая его с расстояние в десятилетия как умудренный – типа, наживший ума и знаний – аналитик, а именно апеллируя к своим тогдашним, «оригинальным» ощущениям, с которыми он и его соратники упорно и перфекционистски искали новаторских звучаний и ритмических рисунков.
          Я отлично помню, что записал себе все три пластинки The Stooges в самом начале 1991-го года, – под сильным впечатлением от того момента, в каковой пленявшее меня на чисто символическом уровне словосочетание «Игги Поп» (подозреваю, что впервые оно попалось мне на глаза или в уши в каком-нибудь интервью Гребенщикова) заполнил визуально-звуковой образ; это случилось в самом конце 1990-го года, когда по финскому телевидению показали фильм с названием вроде «Punk Rock 1976-1979», в котором – среди прочих снесших мне голову мест – были два концертных номера Игги: «Lust For Life» и «Пассажир». Ошалев от счастья, я за несколько недель поназаписывал себе тогда все его пластинки, которые смог найти, и слушал их днями напролет; можно сказать, в какой-то степени та система моих музыкальных предпочтений, что дожила со мной до сегодняшнего дня, началась именно с него, хотя уже в середине 1990-ых я стал его новые альбомы – как практически «хэвиметальные» – забраковывать и провозгласил последним стоящим «Инстинкт» 1988-го; отлично помню еще, что первой виниловой пластинкой, купленной мною на эстонские кроны, был напечатанный в Чехии «Идиот», которого мне не удавалось ни у кого переписать, – помню ясно-преясно, как в магазине на Ратушной площади Таллинна отдаю за нее 21 крону и остаюсь абсолютно счастлив, хотя в то время я старался пропивать все деньги, оказывавшиеся у меня в руках. Именно так, если я правильно помню, я поступил с 95 кронами, заплаченными мне богомерзким таллиннским изданием «День за днем» (или «Русский экспресс»?) в качестве гонорара за статью про Игги Попа в 1993-ем году, – это были самые первые деньги, когда-либо мной полученные за «материал в СМИ»; в общем, надо ли говорить, что Игги Поп и The Stooges в моей, можно сказать, личной жизни заняли достаточно значительное место для того, чтобы на меня производили впечатление различные случающиеся прецеденты их светской канонизации, – и каким скучным режиссером не казался бы мне Джим Джармуш, разумеется, все равно его длинный фильм о The Stooges я в ряду таких прецедентов ставлю значительно выше какого-нибудь введения в «Зал рок-н-ролльной славы». Ну и чтобы сделать за этот фильм хотя бы один личный комплимент его автору, я подчеркну отдельно, что отдаю Джармушу должное за то, что он потрудился отобрать в свое кино множество таких архивных фото- и видеоматериалов, на которых Игги Поп просто невообразимо красив; допускаю, что Джармушем была проведена весьма пристрастная селекция, но я все равно рад результату, потому что я тем самым получил подтверждение своему довольно сильному подозрению насчет того, что одной из причин, по которой у меня не получается полюбить ни одной из музыкальных групп, созданных в XXI веке, является удивительная неблагообразность подавляющего большинства их участников. Даже не знаю в чем тут дело, – то ли люди приятной наружности вообще вымирают как вид, то ли у «новых красивых» просто нет никакой тяги к электрогитарам; как бы дело не обстояло, любой из этих вариантов очень печален. 45, 40, 35 лет назад все было совсем не так

Profile

sobolevtallinn: (Default)
sobolevtallinn

July 2017

S M T W T F S
       1
2345678
910 1112131415
16 17 1819 2021 22
23 242526272829
3031     

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 02:47 am
Powered by Dreamwidth Studios